в корень блога | matryonin.ru | vk.com/matryon | дрочим в инстаграме вместе
3 заметки с тегом

россия

Русская иллюзия

В русском обществе характерной особенностью является нежелание признавать очевидную катастрофу, соседствующую с желанием преувеличивать достижения и условия быта.

Так, например, квартирой-студией часто именуют комнату в коммуналке, в которой незаконно выгорожена ванная с установленным насосом для фекальных и бытовых стоков, который перекачивает стоки под потолком общего коридора в близрасположенный стояк в общей ванной комнате. Вроде ты не хер с горы — как-никак, свою «студию» сдаешь, — да и коммерсант зачетный — вон как извернулся, чтобы лишний чирик накинуть. Иногда напорная труба лопается и все заливает говном, а иногда насос встает и все приходится чистить ручками. Но о таком нельзя говорить.

Это, в целом, иллюстрирует характерную особенность загаживания информационного эфира недостоверными сведениями. При любом желании обнаружить в массивном потоке данных что-то действительно нужное, мы вынуждены обходится бессмысленным массивом информации, так как на наши конкретные запросы часто выпадает несоответствие, спровоцированное кретинами, которые боятся называть вещи своими именами.

Из-за подобной традиции прятать суть, мы сталкиваемся с теми случаями, когда непрофессионализм и тупость оправдывают срывом сроков проектирования. Когда нежелание что-то самостоятельно поменять в лучшую сторону объясняют захватившими власть узурпаторами, а не ленью и скупостью. Когда алкоголизм и неустроенность оправдывают неспособностью жить в мире с самим собой, а не наличием свободного времени. Когда номер «люкс» на отечественном побережье представляет собой ангар бессмысленного декоративного хлама, а не удобную кровать в комнате с комфортным микроклиматом. Когда водила жалуется на такси-сервисы, потому что за всю свою жизнь так и не научился ничему более нужному, кроме как крутить баранку. Когда номенклатурную закостенелую бюрократическую тупость в ВУЗах объясняют урезанными учебными программами, а не старперскими техниками передачи знаний вкупе с ректорским жизнерадостным равнодушием и жадностью наживы (они в 2017-м году учат студентов, как крепить асбестоцементные листы — вы там совсем что ли рассудок потеряли?!).

Перекладывание вины и хвастовство — явный сон современной России, от которого она никогда не очухается. Признать свое говно и перестать на него молиться — вот то, с чего нужно начинать.

Зачит

Рассказываю о книгах, прочитанных за последние полгода. Времени на чтение все меньше — увы.

Однажды основательно скупился в европейском университете. Торкнул Травин. По крайней мере мне стало ясно, что причина всех трагедий модернизации России кроится в народе, у которого не налажен язык с новым временем. Дикари не способны объяснить себе, что с ними происходит. Особенно торкает глава «Век одиночек» — там все по полочкам.

Оттуда же и книженция про бытовое насилие. Оказывается, до середины 19 века детей мочили только на раз-два, инфантицид был в порядке вещей. Плюс много нового про измену и наказания; что, если жена — блядь, то вина ложится все равно на мужа, который, впрочем, может привязать ее к телеге и прогнать по гравийке, а то и впрячь вместо лошадей в чем мать родила и прокатиться по родному селу, наваливая ей плетью по самое не хочу. Ну, и много-много смачного садизма.

Гумилев торкает по причине своеобразного подхода к рассмотрению исторических процессов. Его пассионарная теория оказывается очень эффективной — пассионарии вызывают резкий скачок прогресса, укрепления строя; но затем неизбежен спад. Вот у нас как раз последние годы государственности — в книге это особенно подчеркнуто. Как сильные страны и общества за какие-то сто лет скатываются в клоаку невежества и неопределенности.

Пока гонял в Краснодар, прочитал, наконец Гиляровского. Чтобы не быть многословным — это реально лучшая книга об истории Москвы, живая, информативная, заманчивая и очень увлекательная. Одна история про то как Толстой просаживал тысячи в Английском клубе чего стоит!

Потом была совершенно кустарная (на мой взгляд) книга, которая, однако, оставила одну важную мысль — женщины занимаются демагогией и их, в большинстве случаев, можно вообще не слушать. Название книги, видимо, рассчитано на неудачников, у которых острая нехватка секса — не знаю, как автор согласился на такой провал. Из хорошего — раскрыта эволюционная роль женщины в племенах; автор очень активно (местами параноидально) рассуждает о феминизме и об ослаблении пола, а также о самоуничтожении нации посредством матриархальных настроений. Я и не знать не знал, что в мире так много мужчин, готовых предать свои убеждения за возможность засадить! А по итогу становится ясно: типичная баба — это самое эгоистичное живое существо, готовое убить за ресурс. А типичный мужик — это вообще никто.

Роден оставил смутное впечатление. Это сухая книга, но зато подробно объясняет, как правильно изучать скульптуру. Да и вообще основной посыл — больше наблюдать.

Лучшая книга за последние три года — всемирная история курения. Я даже слов не могу подходящих найти, чтобы описать восторг. Настоящий музей на бумаге — от предметов дизайна до национальных традиций — здесь есть все. По сути, благодаря этой книге я понял, что курение — это всего лишь товарный чек, выписанный на продукт смутного качества. Испанцы всех поимели, когда вернулись из Америки с табачком. Потом было курение опиума, потом был гашиш, кальяны и прочее говно. Читать обязательно.

Сегодня утром я проснулся. Взял в руки Паланика на 30-й странице (неделю читал 30 страниц) и закончил через три часа на трехсотой. Книга говно, но оставляет один навык — если вас травят мышьяком — жрите сладости — углеводы, содержащиеся в них, являются отличным антидотом цианистому калию. А еще много интересного про перхоть, лосьоны для тела, порноиндустрию и передоз виагрой, вызывающий глубинную слепоту. Короче, смешная история про то, как уходящая порно-звезда решила перепихнуться с шестьюстами жеребцами.

Читайте книжки. Всем спасибо.

Введение в профнепригодность. 1 серия

Большая беда напала на мою страну. Отсутствие системного подхода и четко отработанного алгоритма производственного процесса привело к тому, что я больше не могу работать по профессии.

История эта берет начало с 2008-го года, когда я впервые получил осознанно заработанные деньги. За всю жизнь мне пришлось сменить порядка 15 профессий: от монтажника до дизайнера, в каждой из которых я, по принципу действия соковыжималки, отфильтровал самый сок в свой багаж знаний. Последней организацией, в которой реализовался я как специалист и где разрушился мой карьерный миф — был центральный проектный институт, с советской закалкой, где военные кидались табуретками за каждую оплошность. С тех пор я не могу работать нигде, так как работать в таком ключе никто не может — не хватает умений и твердости.

Первичная романтизация профессиональной деятельности присуща всем отраслям. Предыхание молодых специалистов, получивших диплом; иллюзия работы, пользующейся спросом; первое рабочее место; первая зарплата; первые слезы, боль, очковтирательство, отписки, геморрой и увольнение — путь, который проходит каждый человек.

Однако мало кто понимает, в чем кроется первопричина всех проблем.

Первопричина всех проблем начинается в менеджерах. Если менеджер работает в сфере инженерного проектирования — вам конец. Потому что это будет неосведомленный, не знающий технологии строительных процессов, не умеющий пользоваться технической литературой, не способный оценить ресурсную характеристику коллектива неуч, готовый поставить дуло к собственному виску ради провернутой сделки. Это люди, которые получили навык собирания финансовых отчетов, поэтому способны только лишь делать анализ реального положения дел. Ни один менеджер не может правильно спрогнозировать текущую волну загрузки, оценить перспективность проекта, рассчитать эквивалент стоимости затраченных усилий и не пойти на уступки в цене. Отсюда берутся неправильно поставленные сроки; отсюда берет начало ложь, поданная инвестору в золотой обертке; отсюда берет начало срыв сроков и разрушение инициативы понимающих сотрудников, отсюда берет начало весь крах экономической системы.

Однажды у меня был такой разговор:

— Даня, у нас есть объект, надо разработать сети водоснабжения, я прикинул, тут всего 11 километров труб в траншее; оценим в 40 тысяч за сто метров, думаю, что четыре миллиона — это вполне сносная цена за весь контракт.
— Ок, а откуда берем воду?
— От скважин, их десять штук.
— А какой у скважин дебет?
— Всмысле?
— Ну, какой объем воды выдает каждая?
— А откуда мне знать?!
— А сколько в поселке будет проживать людей?
— Ну, не знаю, тысяч 5.
— 5 тысяч человек, двести пятьдесят литров в сутки на человека, итого 1250 кубометров. То есть каждая скважина на сто кубов. Проект скважины по сборнику считал?
— По сборнику?
— Да, по сборнику сметных цен.
— По сборнику сметных цен?! *удивление* Нет...
— Смотрим одна скважина, дебетом свыше ста кубов. Стоимость проекта 600 тысяч. Их одиннадцать, итого еще шесть миллионов.
— Ого, десять лямов! За два месяца успеем?
— Ты гонишь, у нас и так на двоих два здоровых объекта!
— Да не парься ты! Что-нибудь решим.
— ...

Через год после этого разговора компанию похоронили.

Второй проблемой сферы проектирования является отстаивание архитекторами интересов инвестора, а не своей концепции. С самого начала в любом деле необходимо четко прописывать бриф в части того, что клиент не сует свой нос в дела нормативной документации. Если выражаться по-деловому, то вводится квота компетенции: вы умеете считать деньги, мы умеем строить удобные и хорошие здания. Если этого не сделать, очередная тупая дура из службы заказчика начнет выносить мозг отделу эксплуатации, начитавшись рекламных буклетов, что оборудование, заложенное в проект, устарело, и есть смысл рассмотреть другого производителя. Такая же дура из отдела инвестиционного финансирования начнет в час своего тотального безделья смотреть планировку и обнаружит, что можно сэкономить пространство, переместив шахту вправо на сто миллиметров. Архитекторы, подавляемые напором, начнут двигать шахты, менять местами сортиры, переносить коридоры, двигать лестницы. Вслед за архитекторами поплывут уже наполовину готовые инженерные системы, которые иногда проще переделать, чем исправить.

Проблема в том, что архитекторы, как правило, забывают о том, что их здание имеет четкую вертикальную структуру, и далеко не факт, что изменив до неузнаваемости верхние этажи, они вообще подумают о том, что под верхними есть нижние, и что эти этажи должны быть хоть как-то увязаны между собой шахтами, ведь в шахтах идут системы инженерного обеспечения. Когда ошибка обнаружится и стояки не попадут в стояки, все дружно начнут изобретать велосипед — вести провода и трубы с помощью перекидок, кидая их под потолком одного этажа из угла в угол, чтобы попасть в уехавший проем.

Этот цикл может повторяться бесконечное количество раз, выводя из стабильной работы целые отрасли, а не какую-то конкретно взятую фирму. Итогом, как правило, служит кое-как склепанная проектная документация, успешное ее прохождение, получение разрешения на строительство и через задницу начатый монтаж, по ходу которого будет продолжать меняться архитектура, смежники по сто раз будут выдавать одни и те же отверстия, потому что уже никто и не помнит, как здание должно было выглядеть в начале и будет ли оно вообще хоть как-то выглядеть в конце.

Третьей проблемой является отказ идти на уступки. Я уже настолько устал конфликтовать по поводу того, кто пользуется приоритетом в прокладке инженерных сетей, что мне проще, видя всю надвигающуюся катастрофу, пропустить вперед всех. Однако выясняется, что у людей очень плоско работает система объемно-пространственного и конфигуративного координирования. Так, например, специалисты иногда не могут понять, как им устранить пересекающиеся системы, хотя ответ очевиден: в некоторых местах можно повернуть канализационную трассу, в некоторых сделать местный опуск, а не опускать весь воздуховод и так далее.

В-четвертых, усложняет процесс строгая высотно-плановая привязка. Вся строительная сфера завязана на модуле в миллиметр, и если, например труба выходит из здания на отметке -1,532 м, то и снаружи ее должны подцепить на 1,532 м. И если в одном из проектов эта отметка не совпадет — экспертиза обязательно ввернет вам его под эгидой срочно передалать грубейшее недопущение. Понятное дело, что на стройплощадке на десятки сантиметров будет положен увесистый прорабский болт, но до стройплощадки надо еще довести проект, не похоронив скончавшихся от изматывающей рутины юнитов, убивших лучшие годы жизни на корректировку миллиметровых отметок.

Краткое резюме по вышесказанному:

На работу брать менеджеров с опытом работы в отраслевой среде, исключительно после жестокого собеседования.

Прописывать в договоре строгое разделение полномочий заказчика и исполнителя, не позволяя ни себе, ни людям, с которыми вы работаете, лизать жопу инвесторам.

Идти на уступки в коллективе, быть гибким как в плане мысли, так и в плане общения.

Принимать в организации модуль вертикальных отметок, кратный 10.

Продолжение следует.